Карта первой русской кругосветной. Кругосветное путешествие крузенштерна и лисянского

Соответственно. Плавание стало важной вехой в истории России, в развитии её флота, оно внесло значительный вклад в изучение мирового океана, многие отрасли естественных и гуманитарных наук.

Энциклопедичный YouTube

    1 / 3

    ✪ Первое кругосветное плавание Фернана Магеллана

    ✪ САМЫЕ НЕОБЫЧНЫЕ ШКОЛЫ МИРА! 20 СТРАН ЗА ГОД. ШКОЛА НА КОРАБЛЕ. МОРЕПЛАВАНИЕ И ЛУЧШИЙ ГОД В ЖИЗНИ

    ✪ Барк "Седов" во Владивостоке_2013.

    Субтитры

От Кронштадта до Японии

Первая половина плавания была ознаменована эксцентричным поведением Фёдора Толстого-Американца , которого пришлось высадить на Камчатке , и конфликтами Крузенштерна с Н. П. Резановым , который был направлен Александром I в Японию с дипломатическими подарками в качестве первого русского посланника в для налаживания торговли между странами и был официально утверждён в качестве главы экспедиции.

С трудом избежав здесь беды, Крузенштерн 20 мая прошёл проливом между островами Оннекотана и Харамукотаном, а 24 мая вновь прибыл в Петропавловский порт. 23 июня он пошёл к Сахалину, чтобы окончить описание его берегов, 29 прошёл Курильские острова, проливом между Раукоке и Матауа, который назван им Надеждой. 3 июля прибыл к мысу Терпения . Исследуя берега Сахалина, он обошёл северную оконечность острова, спустился между ним и берегом материка до широты 53° 30" и в этом месте 1 августа нашёл пресную воду, по которой заключил, что недалеко устье реки Амур , но из-за быстро уменьшающейся глубины идти вперед не решился.

На другой день встал на якорь в заливе, названном им заливом Надежды; 4 августа пошёл обратно в Камчатку, где исправление корабля и пополнение запасов задержали его до 23 сентября. При выходе из Авачинской губы из-за тумана и снега, корабль едва не сел на мель. На пути к Китаю он тщетно искал острова, показанные на старых испанских картах, выдержал несколько штормов и 15 ноября пришёл в Макао . 21 ноября, когда «Надежда» была уже совсем готова идти в море, пришёл корабль «Нева» с богатым грузом пушных товаров и остановился в Вампоа, куда перешёл и корабль «Надежда». В начале января 1806 г. экспедиция окончила свои торговые дела, но была задержана китайским портовым начальством без всякой особенной причины, и только 28 января русские суда оставили китайские берега.

Путешествие Крузенштерна составило эпоху в истории русского флота, обогатив географию и естественные науки многими сведениями о странах, мало известных. С этого времени начинается непрерывный ряд русских кругосветных путешествий; во многом изменилось к лучшему управление Камчаткой. Из офицеров, бывших с Крузенштерном, многие с честью служили впоследствии в русском флоте, а кадет Отто Коцебу - был сам потом командиром корабля, ходившего в кругосветное путешествие . Фаддей Беллинсгаузен возглавит кругосветную экспедицию на шлюпах «Восток » и «Мирный » и впервые приблизится к берегам Антарктиды .

Память

  • В 1993 году Банк России выпустил серию памятных монет .
  • В 2006 году отмечалось 200-летие окончания первого русского кругосветного плавания. К этой дате Русское географическое общество планировало переиздать описания путешествий Крузенштерна и Лисянского, «Атлас Южного моря» Крузенштерна , впервые издать в переводе на русский язык труд Григория Лангсдорфа , неизвестный вариант записок купца Фёдора Шемелина , неопубликованный дневник 1795-1816 лейтенанта Ермолая Левенштерна, неизданные или забытые дневники и письма Николая Резанова , Макара Ратманова , Фёдора Ромберга и других участников плавания. Было намечено издать также сборник научных статей об основных аспектах подготовки, проведения и результатов плавания.
  • В декабре 2013 года на экраны телеканала «Россия-1» вышел 4-серийный документальный цикл «„Нева“ и „Надежда“. Первое русское плавание кругом света», автор проекта Михаил Кожухов

17 августа 1806 года – шлюп «Нева» под командованием Юрия Лисянского бросил якорь на Кронштадтском рейде, завершив первое русское кругосветное плавание, которое продлилось чуть более трёх лет. По повелению Александра I была выбита особая медаль для всех участников путешествия.

7 августа 1803 г. из Кронштадта вышли в дальнее плавание два судна. Это были корабли «Надежда» и «Нева», на которых русским морякам предстояло совершить кругосветное путешествие.

Иван Федорович Крузенштерн

Проект Крузенштерна

Начальником экспедиции был капитан-лейтенант Иван Федорович Крузенштерн - командир «Надежды». «Невой» командовал капитан-лейтенант Юрий Федорович Лисянский. Оба были испытанными моряками, которым уже раньше приходилось участвовать в далеких плаваниях. Крузенштерн совершенствовался в морском деле в Англии, принимал участие в англо-французской войне, был в Америке, Индии, Китае. Во время путешествий у Крузенштерна возник смелый проект, осуществление которого имело целью способствовать расширению торговых сношений русских с Китаем. Он заключался в том, чтобы вместо трудного и длительного пути по суше установить с американскими владениями русских (Аляска) сообщение морем. С другой стороны, Крузенштерн предлагал более близкий пункт сбыта пушнины, именно Китай, где меха имели большой спрос и ценились очень дорого. Для осуществления проекта надо было предпринять большое путешествие и исследовать этот новый для русских путь.

Прочитав проект Крузенштерна, Павел I буркнул: «Что за чушь!» - и этого было достаточно, чтобы смелое начинание похоронили на несколько лет в делах Морского департамента. При Александре I Крузенштерн снова стал добиваться своей цели. Ему помогло то обстоятельство, что Александр сам имел акции Русско-Американской компании. Проект путешествия был утвержден.

Приготовления

Надо было приобрести корабли, так как в России подходящих для дальнего плавания судов не было. Суда были куплены в Лондоне. Крузенштерн знал, что путешествие даст много нового и для науки, поэтому он пригласил для участия в экспедиции нескольких ученых и живописца Курляндцева.

Экспедиция была сравнительно хорошо оборудована точными приборами для ведения различных наблюдений, имела большое собрание книг, морских карт и других пособий, необходимых для дальнего плавания.

Крузенштерну советовали взять в плавание английских матросов, но он энергично протестовал, и команда была набрана русская. Крузенштерн обратил особое внимание на подготовку и снаряжение экспедиции. Как снаряжение для матросов, так и отдельные, главным образом противоцинготные, продукты питания были приобретены Лисянским в Англии.

Карта первого русского кругосветного путешествия

Утвердив экспедицию, царь решил использовать ее для отправки в Японию посла. Посольство должно было повторить попытку установления сношений с Японией, которую в то время русские почти совершенно не знали. Япония вела торговлю только с Голландией, для других стран ее порты оставались закрытыми. Кроме подарков японскому императору, посольская миссия должна была отвезти на родину нескольких японцев, случайно попавших в Россию после кораблекрушения и довольно долгое время живших в ней.

Плавание к мысу Горн.

Первая стоянка была в Копенгагене, где в обсерватории проверили приборы. Отойдя от берегов Дании, суда взяли курс на английский порт Фолмаут. Во время стоянки в Англии экспедиция приобрела добавочные астрономические приборы.

Юрий Федорович Лисянский

Из Англии суда направились на юг вдоль восточного берега Атлантического океана. 20 октября «Надежда» и «Нева» стали на рейде небольшого испанского города Санта-Крус, расположенного на острове Тенерифе. Экспедиция запаслась продовольствием, пресной водой, вином. Моряки, гуляя по городу, видели нищету населения и были свидетелями произвола инквизиции. В своих записках Крузенштерн отметил: «Для человека свободомыслящего ужасно жить в таком мире, где злость инквизиции и неограниченное самовластие губернатора действуют в полной силе, располагая жизнью и смертью каждого гражданина».

Покинув Тенериф, экспедиция направилась к берегам Южной Америки. Во время плавания ученые проводили исследование температуры разных слоев воды. Было замечено интересное явление, так называемое «свечение моря». Член экспедиции, естествоиспытатель Тилезиус установил, что свет давали мельчайшие организмы, которые во множестве находились в воде. Тщательно процеженная вода переставала светиться.

23 ноября 1803 г. суда перешли экватор, а 21 декабря зашли в португальские владения, к которым в то время относилась Бразилия, и бросили якорь у острова Екатерины. Необходимо было сделать ремонт мачты. Остановка позволила провести астрономические наблюдения в установленной на берегу обсерватории. Крузенштерн отмечает большие природные богатства края, в частности древесными породами. Он насчитывает до 80 образцов ценных древесных пород, которыми можно было бы вести торговлю. У берегов Бразилии произвели наблюдения над приливами и отливами, направлением морских течений, температурами воды на различных глубинах.

Шлюп «Надежда» у берегов Южной Америки

К берегам Камчатки и Японии

Около мыса Горн суда из-за бурной погоды вынуждены были разделиться. Место встречи было установлено у острова Пасхи или у острова Нукагива. Благополучно обогнув мыс Горн, Крузенштерн взял курс на остров Нукагива и стал на якорь в порте Анны-Марии. Моряки встретили на острове двух европейцев - англичанина и француза, которые несколько лет прожили с островитянами. Островитяне привозили в обмен на старые металлические обручи кокосовые орехи, плоды хлебного дерева и бананы. Русские моряки посетили остров. Крузенштерн дает описание внешнего вида островитян, их татуировки, украшений, жилищ, останавливается на характеристике быта и общественных отношений. «Нева» пришла к острову Нукагива с опозданием, так как Лисянский искал «Надежду» около острова Пасхи. Лисянский также сообщает ряд интереснейших сведений о населении острова Пасхи, одежде жителей, жилищах, дает описание замечательных памятников, поставленных на берегу, о которых упоминал в своих записках еще Лаперуз.

После отплытия от берегов о. Нукагива экспедиция направилась к Гавайским островам. Там Крузенштерн предполагал запастись продовольствием, особенно свежим мясом, которого моряки давно не имели. Однако то, что предлагал Крузенштерн островитянам в обмен, их не удовлетворяло, так как пристававшие к Гавайским островам корабли часто завозили сюда европейские товары.

Гавайские острова были тем пунктом путешествия, где корабли должны были разделиться. Отсюда путь «Надежды» шел на Камчатку и затем в Японию, а «Нева» должна была следовать к северо-западным берегам Америки. Встреча была назначена в Китае, в небольшом португальском порту Макао, где должны были быть проданы приобретенные меха. Корабли расстались.

Шлюп «Надежда»

14 июля 1804 г. «Надежда» вошла в Авачинскую губу и бросила якорь у г. Петропавловска. В Петропавловске выгрузили привезенные для Камчатки товары, а также починили корабельные снасти, которые сильно износились во время длительного пути. На Камчатке основной пищей экспедиции была свежая рыба, которой, однако, не удалось запастись для дальнейшего плавания в виду дороговизны и отсутствия необходимого количества соли.

30 августа «Надежда» покинула Петропавловск и направилась в Японию. Почти месяц прошел в плавании. 28 сентября моряки увидели берега острова Киу-Сиу (Кю-Сю). Направляясь к порту Нагасаки, Крузенштерн исследовал японские берега, имеющие множество заливов и островов. Ему удалось установить, что на морских картах того времени в ряде случаев берега Японки были нанесены неверно.

Бросив якорь в Нагасаки, Крузенштерн известил местного губернатора о прибытии русского посла. Однако моряки не получили разрешения съехать на берег. Вопрос о приеме посла должен был решить сам император, живший в Иеддо, поэтому пришлось ждать. Только через 1,5 месяца губернатор отвел на берегу определенное место, обнесенное забором, где моряки могли гулять. Еще позже, после неоднократных обращений Крузенштерна, губернатор отвел на берегу дом для посла.

Лишь 30 марта прибыл в Нагасаки представитель императора, которому было поручено вести переговоры с послом. При втором свидании уполномоченный сообщил, что японский император отказался подписать торговый договор с Россией и что русским судам не дозволяется заходить в японские порты. Японцы, привезенные на родину, все-таки, наконец, получили возможность покинуть «Надежду».

Обратно в Петропавловск

Из Японии «Надежда» направилась обратно на Камчатку. Крузенштерн решил возвращаться другим путем - вдоль западных берегов Японии, почти не исследованных в то время европейцами. «Надежда» шла вдоль берегов острова Нипон (Хопсю), исследовала Сангарский пролив, прошла мимо западных берегов острова Иессо (Хоккайдо). Достигнув северной оконечности Иессо, Крузенштерн увидел айнов, обитающих также в южной части Сахалина. В своих записках он дает описание физического облика айнов, их одежды, жилищ, занятий.

Следуя далее, Крузенштерн тщательно исследовал берега Сахалина. Однако продолжать путь к северной оконечности Сахалина ему помешало скопление льда. Крузенштерн решил зайти в Петропавловск. В Петропавловске посол с естествоиспытателем Лангсдорфом сошли с «Надежды», а Крузенштерн через некоторое время отправился продолжать исследование берегов Сахалина. Достигнув северной оконечности острова, «Надежда» обогнула Сахалин и пошла вдоль его западного берега. В виду того, что приближался срок отбытия в Китай, Крузенштерн решил возвратиться в Петропавловск, чтобы лучше подготовиться к совершению этой второй части плавания.

Из Петропавловска Крузенштерн отправил в Петербург составленные во время путешествия карты и рисунки, чтобы они не пропали в случае несчастья, которое могло случиться во время обратного плавания.

«Берега Петропавловска,- пишет Крузенштерн,- покрыты разбросанной вонючей рыбой, над которой голодные собаки грызутся за сгнивающие остатки, что представляет вид крайне отврати-тельный. По выходе на берег тщетно будешь искать сделанные дороги или даже какой-либо удобной стези, ведущей к городу, в коем не находит глаз ни одного хорошо построенного дома… Около него нет ни одной зеленеющей хорошей равнины, ни одного садика, ни одного порядочного огорода, кои показывали бы следы землевозделывания. Мы видели только 10 коров, пасущихся между домиками».

Таков был тогда Петропавловск-Камчатский. Крузенштерн указывает, что подвоз хлеба и соли почти не обеспечивал населения. Полученные в подарок в Японии соль и крупу Крузенштерн оставил для населения Камчатки.

Население Камчатки страдало также от цинги. Медицинская помощь почти отсутствовала, лекарств было недостаточно. Описывая бедственное состояние жителей Камчатки, Крузенштерн указывал на необходимость улучшения снабжения и на возможность развития там земледелия. Особенно отмечал он крайне тяжелое положение туземного населения - камчадалов, которых грабили и спаивали водкой русские скупщики пушнины.

Плавание в Китай

Закончив необходимые работы по ремонту такелажа и обновив запас продовольствия, Крузенштерн направился в Китай. Погода мешала проведению обычных исследований по определению местоположения острова. Кроме того, Крузенштерн торопился прибыть в Китай.

В бурную ночь «Надежда» прошла пролив у острова Формозы и 20 ноября стала на якорь в порту Макао. В то время, когда Крузенштерн путешествовал с послом в Японию и исследовал берега Японии, Сахалина и Камчатки, «Нева» посетила острова Кадьяк и Ситху, где были расположены владения Русско-Американской компании. Лисянский завез туда необходимые припасы и затем направился в плавание вдоль берега северо-западной части Америки.

Лисянский записал большое количество сведений об индейцах и собрал целую коллекцию их бытовых предметов. Почти полтора года провела «Нева» у берегов Америки. Лисянский опоздал к намеченному Крузенштерном сроку встречи, но зато «Нева» до отказа была нагружена ценными мехами, которые надо было везти в Китай.

При прибытии в Макао Крузенштерн узнал, что «Нева» еще не пришла. Он известил губернатора о цели своего прихода, но до прихода «Невы» «Надежде» было предложено уйти из Макао, где запрещалось стоять военным судам. Однако Крузензенштерн сумел уговорить местные власти, заверив их, что скоро «Нева» придет с ценным грузом, который представляет интерес для китайской торговли.

«Нева» пришла 3 декабря с большим грузом мехов. Однако испросить позволения на вход обоих судов в гавань близ Кантона сразу не удалось, и Крузенштерн направился туда вместе с Лисянским на «Неве». Лишь после усиленных хлопот Крузенштерн получил это разрешение, обещав купить большое количество китайских товаров.

Значительные трудности встретились и при продаже мехов, так как китайские купцы не решались вступать в торговые отношения с русскими, не зная, как на это посмотрит китайское правительство. Однако Крузенштерну при посредстве местной английской торговой конторы удалось найти китайского купца, который купил привезенный груз. Отгрузив меха, русские начали погрузку чая и других приобретенных китайских товаров, но в это время последовало запрещение их вывоза до получения разрешения из Пекина. Опять понадобились длительные хлопоты, чтобы получить это разрешение.

Возвращение на родину. Результаты экспедиции.

Монета «Шлюп «Нева»

Экспедиция Крузенштерна сделала первую попытку установления морских торговых сношений с Китаем,- до этого русская торговля с Китаем велась сухим путем. Крузенштерн в своих записках охарактеризовал состояние тогдашней китайской торговли и указал пути, по которым могла бы развиваться торговля с русскими. 9 февраля 1806 г. «Надежда» и «Нева» вышли из Кантона и направились в обратный путь на родину. Этот путь лежал через Индийский океан, мимо мыса Доброй Надежды и дальше по хорошо известному европейцам маршруту. 17 августа 1806 г. «Надежда» подошла к Кронштадту. Там уже стояла «Нева», прибывшая несколько раньше. Путешествие, продолжавшееся три года, окончилось. Путешествие Крузенштерна и Лисянского дало очень много нового для познания ряда областей земного шара. Произведенные исследования обогатили науку, был собран ценный материал, необходимый для развития мореплавания. Во время плавания систематически производились астрономические и метеорологические наблюдения, определялась температура разных слоев воды, делались промеры глубин. В период длительной стоянки в Нагасаки производились наблюдения над приливами и отливами, Экспедиция провела работы по составлению новых карт и проверке старых. Д-р Тилезиус составил большой атлас, иллюстрирующий природу и население посещенных стран.

Необычайно интересны бытовые предметы, привезенные экспедицией с островов Тихого океана и из Северной Америки. Эти вещи были переданы в Музей этнографии Академии Наук. Записки Крузенштерна и Лисянского были изданы. Кругосветное путешествие на «Надежде» и «Неве» вписало славную страницу в историю русского мореплавания.

По материалам: http://azbukivedi-istoria.ru/

215 лет назад началось первое в истории российского флота кругосветное путешествие. Экспедиция на кораблях «Надежда» и «Нева», которыми командовали Иван Крузенштерн и Юрий Лисянский, продлилась три года. Кругосветное плавание, по оценкам экспертов, стало маркером зрелости российского флота и открыло новую эпоху в его истории. Экспедиция позволила сделать ряд географических открытий и дала путёвку в жизнь таким людям, как первооткрыватель Антарктиды Фаддей Беллинсгаузен и исследователь Тихого океана Отто Коцебу. О славной странице в истории российского флота - в материале RT.

Иван Крузенштерн и Юрий Лисянский подружились в стенах Морского кадетского корпуса, находившегося в то время в Кронштадте . Иван был выходцем из обрусевшего немецкого дворянского рода, потомком германского дипломата Филиппа Крузенштерна. Он родился в 1770 году в семье судьи, юность провёл в Эстонии . Юрий был на три года младше своего друга. На учёбу в Кронштадт приехал из Малороссии - был сыном протоиерея церкви Иоанна Богослова в городе Нежин . Молодые люди легко нашли общий язык и вместе мечтали о далёких странствиях.

«Первая российская кругосветная экспедиция под руководством Григория Муловского должна была состояться ещё в 1788 году. Но её началу помешала война со Швецией », - рассказал RT профессор СПБГУ, доктор исторических наук Кирилл Назаренко.

Крузенштерн и Лисянский мечтали участвовать в путешествии под руководством Муловского, но судьба распорядилась по-другому. Из-за войны молодых людей досрочно выпустили из Морского корпуса и направили в действующий флот. 17-летний мичман Крузенштерн всё-таки попал под командование Муловского, но не в экспедицию, а на корабль «Мстислав», участвовавший в войне со шведами. Иван отличился в боях и был отмечен командиром. Однако Муловский погиб в сражении у острова Эланд, и первое кругосветное путешествие российских моряков было перенесено на неопределённый срок.

После участия в сражениях 1790 года Крузенштерн был произведён в лейтенанты. В 1793-м он был командирован на учёбу в Королевский военно-морской флот Великобритании . Иван принял участие в боевых действиях против французских кораблей у берегов Северной Америки, а потом через Южную Африку добрался до Индии и Китая . Брать иностранцев на суда, идущие в Азию, британцы не желали, и Крузенштерну пришлось идти в Индию на фрегате, едва державшемся на воде, на который боялись наниматься английские моряки.

«С позиций XXI века географическая миссия нам, конечно, видится основной, однако в те времена всё было не так однозначно. Нельзя с уверенностью сказать, что тогда было важнее - наносить русские имена на карту или организовывать торговлю котиковыми шкурками с Китаем», - подчеркнул эксперт.

Перед началом плавания Александр I лично осмотрел корабли и остался ими доволен. Содержание одного из них взяла на себя императорская казна, а другого - Российско-американская компания. Оба шлюпа официально шли под военным флагом.

Эксперты подчёркивают, что личность руководителя экспедиции была результатом взвешенного решения российских властей. «Несмотря на изначальную инициативу Крузенштерна, у Санкт-Петербурга гипотетически были сотни других кандидатур. Начальник экспедиции должен был являться одновременно и хорошим морским офицером, и прекрасным организатором, и хозяйственником, и дипломатом. В итоге решили, что всё-таки именно Крузенштерн располагает оптимальным соотношением всех этих качеств», - рассказал RT председатель Московского клуба истории флота Константин Стрельбицкий.

Офицеров в свои команды Крузенштерн и Лисянский подбирали под себя. В их числе оказались будущий первооткрыватель Антарктиды Фаддей Беллинсгаузен и исследователь Тихого океана Отто Коцебу. Матросов набирали исключительно из числа добровольцев, предлагая им весьма значительное по тем временем жалование - 120 рублей в год. Крузенштерну предлагали привлечь в состав команды британских моряков, но он эту идею отверг.

Кандидатуры части участников экспедиции оказались «спущены сверху» - речь идет, в частности, о посланнике Резанове со свитой, нескольких учёных и «благовоспитанных» молодых людях из числа представителей санкт-петербургского светского общества. И если с учёными Крузенштерн легко нашёл общий язык, то с остальными возникли серьёзные проблемы.

Во-первых, среди представителей «светского общества» оказался авантюрист и дуэлянт гвардии поручик граф Фёдор Толстой , который решил скрыться на время из России, чтобы избежать наказания за очередной проступок. На корабле Толстой вёл себя вызывающе. Однажды он показал своей ручной обезьяне, как мазать чернилами бумагу, и запустил её в каюту к Крузенштерну, в результате чего часть записей начальника экспедиции была полностью утрачена. В другой раз он напоил корабельного священника и приклеил его бороду к палубе. В тесном коллективе подобное поведение было чревато большими проблемами, поэтому на Камчатке Крузенштерн ссадил Толстого на берег.

Во-вторых, уже в ходе плавания из секретных инструкций выяснилось, что посланник Резанов, стеснявший моряков своей большой свитой, ещё и был наделён чрезвычайно широкими полномочиями. В результате Крузенштерн и Резанов постоянно ссорились и в конце концов перестали разговаривать, обмениваясь вместо этого записками.

Команда поддерживала своего начальника. Резанов был разъярён строптивостью военных и пообещал судить экипаж, а Крузенштерна лично - казнить. Начальник экспедиции отреагировал на это хладнокровно и заявил, что пойдёт под суд прямо на Камчатке, ещё до отбытия в Японию, что автоматически сорвёт миссию посланника. Правитель Камчатской области Павел Кошелев с большим трудом их помирил. При этом Резанов в своих воспоминаниях писал, что ему принёс извинения весь экипаж, а вот все остальные очевидцы утверждали, что это Резанову пришлось извиняться перед Крузенштерном.

Закрытая Япония

Экспедиция вышла из Кронштадта 7 августа 1803 года. Корабли зашли в ряд европейских портов и на остров Тенерифе, а 26 ноября пересекли экватор. Российский флаг впервые в истории был поднят в Южном полушарии. 18 декабря корабли подошли к берегам Южной Америки и сделали остановку в Бразилии . Когда они снова взяли курс на юг, Крузенштерн и Лисянский договорились, что если непогода разлучит корабли в районе мыса Горн, то они встретятся либо у острова Пасхи, либо у острова Нукагива. Так и вышло. Потеряв друг друга в тумане, «Надежда» и «Нева» снова объединились в одну группу только у берегов Нукагивы, где российских моряков доброжелательно встретили полинезийцы. После Нукагивы экспедиция достигла Гавайских островов и разделилась: Крузенштерн двинулся к Камчатке, а Лисянский - на Аляску.

В Петропавловске начальник экспедиции, решив проблему с Толстым, выяснив отношения с Резановым и пополнив запасы продуктов, взял курс на Японию. Там их встретили не слишком приветливо. Государство придерживалось жёсткой изоляционистской политики и из европейцев - с рядом оговорок - поддерживало торговые отношения только с голландцами.

26 сентября 1804 года «Надежда» прибыла в Нагасаки. Российским морякам не разрешили выходить в город, предоставив для отдыха лишь ограждённый участок на берегу. Резанову выделили комфортабельный дом, но покидать его не позволили. После длительного ожидания к российскому посланнику приехал императорский чиновник. Резанова вынудили исполнять достаточно унизительные требования японского этикета - он разговаривал с представителем императора стоя и без обуви.

Однако все эти неприятные процедуры не привели ни к каким результатам. Подарки российского царя японский император вернул и устанавливать экономические отношения отказался. Под занавес переговоров Резанов смог только отвести душу, нагрубив японским чиновникам. А Крузенштерн обрадовался тому, что у него появилась возможность исследовать западные берега Японских островов, к которым подходить было запрещено. Испортить несуществующие дипломатические отношения он больше не боялся.

Резанов после неудавшейся миссии отбыл в качестве инспектора на Аляску, где приобрёл суда «Юнона» и «Авось» и отправился в Калифорнию решать вопросы снабжения Российской Америки провиантом. Там 42-летний дипломат познакомился с 15-летней дочерью местного испанского губернатора Консепсьон Аргуэльо и предложил ей руку и сердце. Девушка согласилась, состоялась помолвка. Резанов сразу же отправился в Россию, чтобы через императора получить разрешение Папы римского на брак с католичкой, однако в Сибири простудился, в состоянии горячки упал с лошади и разбил голову. Скончался он в Красноярске . Узнав о судьбе жениха, прекрасная испанка сохранила ему верность и закончила свои дни в монастыре.

Пока Крузенштерн посещал Камчатку и Японию, Лисянский прибыл на Аляску. В это время там как раз началась спровоцированная, по одной из версий, американскими купцами война между Российско-американской компанией и её союзниками с одной стороны и союзом индейских племён тлинкитов - с другой. «Нева» в этой ситуации оказалась весьма грозной военной силой и способствовала победе русских, приведшей к перемирию. Загрузившись на Аляске мехами, Лисянский взял курс на Китай. Там его уже ожидал Крузенштерн, успевший посетить Хоккайдо и Сахалин.

Друзьям удалось достаточно выгодно продать меха и загрузить трюмы кораблей китайскими товарами. После этого «Надежда» и «Нева» отправились домой. В Индийском океане корабли снова потеряли друг друга и вернулись в Кронштадт с разницей в несколько дней в августе 1806 года.

Очередной качественный уровень русского флота

В ходе экспедиции были обследованы берега Японии, Сахалина и Аляски, открыт названный в честь Лисянского остров в составе Гавайского архипелага и получивший имя Крузенштерна риф к югу от атолла Мидуэй. Кроме того, российские моряки опровергли мифы о существовании нескольких островов в северной части Тихого океана, придуманные европейскими мореплавателями. Все офицеры - участники экспедиции получили очередные чины, ордена и крупные денежные премии. Нижние чины - медали, право на отставку и пенсион.

Крузенштерн занимался наукой и служил в Морском кадетском корпусе, который в итоге возглавил в 1827 году. Кроме того, он входил в руководящие советы целого ряда государственных органов и являлся почётным членом Императорской академии наук . Лисянский в 1809 году вышел в отставку и занялся литературной деятельностью.

По мнению Константина Стрельбицкого, момент для отправки первой кругосветной экспедиции был выбран весьма удачно. «Как раз в это время флот не принимал участия в активных боевых действиях и находился в союзнических или нейтральных отношениях с большинством основных флотов мира. Участники экспедиции прекрасно справились с задачей по освоению новых морских путей. Российский флот перешёл на очередной качественный уровень. Стало понятно, что российские моряки способны выдержать многолетнее плавание и успешно действовать в составе группы», - отметил он.

Важной вехой в истории российского флота экспедицию Крузенштерна и Лисянского считает и Кирилл Назаренко. «Кругосветное плавание само по себе стало важным маркером изменения качественного состояния, зрелости российского флота. Но также оно стало и началом новой эпохи российских открытий. До этого наши исследования были связаны с Севером, Сибирью, Аляской, а в 1803 году российская географическая наука вышла в Мировой океан», - подчеркнул эксперт.

По его словам, выбор Крузенштерна как руководителя экспедиции оказался удачен. «Его имя стоит сегодня в одном ряду с такими выдающими мореплавателями, как Кук и Лаперуз. Причём следует подчеркнуть, что Крузенштерн был значительно образованнее того же Кука», - отметил Назаренко.

По мнению Константина Стрельбицкого, первая кругосветная экспедиция принесла российскому флоту бесценный опыт, который необходимо было передать новым поколениям моряков. «Поэтому имя Крузенштерна стало настоящим брендом для Морского корпуса», - подвёл итог Стрельбицкий.

В истории первой половины XIX века известен ряд блестящих географических исследований. Среди них одно из наиболее видных мест принадлежит русским кругосветным путешествиям.

Россия в начале XIX столетия занимает ведущее место в организации и проведении кругосветных плаваний и исследований океанов.

Первое плавание русских кораблей вокруг света под начальством капитан-лейтенантов И. Ф. Крузенштерна и Ю. Ф. Лисянского продолжалось три года, как и большинство кругосветных плаваний того времени. Этим путешествием в 1803 году начинается целая эпоха замечательных русских кругосветных экспедиций.

Ю.Ф. Лисянский получил распоряжение направиться в Англию для покупки двух судов, предназначенных для кругосветного плавания. Эти суда, "Надежда" и "Нева", Лисянский купил в Лондоне за 22 000 фунтов стерлингов, что составляло почти столько же в золотых рублях по курсу того времени.

Цена за покупку "Надежды" и "Невы" была собственно равна 17000 фунтов стерлингов, но за исправления их пришлось ещё доплатить 5 000 фунтов. Корабль "Надежда" насчитывал уже три года со дня своего спуска на воду, а "Нева" всего лишь пятнадцать месяцев. "Нева" имела водоизмещение в 350 тонн, а "Надежда" - в 450 тонн.

В Англии Лисянский купил ряд секстантов, лель-компасов, барометров, гигрометр, несколько термометров, один искусственный магнит, хронометры работы Арнольда и Петтивгтона и другое. Хронометры были проверены академиком Шубертом. Все остальные инструменты были работы Траутона.

Астрономические и физические инструменты были предназначены для наблюдения долгот и широт и ориентировки корабля. Лисянский позаботился приобрести целую аптеку лекарств и противоцинготных средств, так как в те времена цинга была одним из наиболее опасных заболеваний во время длительных плаваний. В Англии было закуплено также снаряжение для экспедиции, в том числе удобная, прочная и соответствующая различным климатическим условиям одежда для команды. Имелся запасный комплект белья и платья. Для каждого из матросов были заказаны тюфяки, подушки, простыни и одеяла. Корабельная провизия была самая лучшая. Приготовленные в Петербурге сухари не испортились в течение целых двух лет, точно так же, как и солонииа, посол которой отечественной солью был произведён купцом Обломковым. Команда "Надежды" состояла из 58 человек, а "Невы" из 47. Они были отобраны из матросов-добровольцев, которых оказалось так много, что всех желающих участвовать в кругосветном путешествии могло бы хватить на комплектование нескольких экспедиций. Следует отметить, что никто из членов команды не участвовал в дальних плаваниях, так как в те времена русские корабли не спускались южнее северного тропика. Задача, которая стояла перед офицерами и командой экспедиции, была нелёгкой. Они должны были пересечь два океана, обогнуть опасный мыс Горн, славившийся своими бурями, подняться до 60° с. ш., посетить ряд мало изученных берегов, где мореплавателей могли ожидать не нанесённые на карту и никем не описанные подводные камни и другие опасности. Но командование экспедиции было настолько уверено в силах её "офицерского и рядового состава", что отклонило предложение взять на борт нескольких иностранных матросов, знакомых с условиями дальних плаваний. Из иностранцев в составе экспедиции были естествоиспытатели Тилезиус фон-Тиленау, Лангсдорф и астроном Горнер. Горнер был швейцарец по происхождению. Он работал в известной в то время Зеебергской обсерватории, руководитель которой рекомендовал его графу Румянцеву. Экспедицию сопровождал также живописец из Академии художеств.

Художник и учёные находились вместе с русским посланником в Японии, Н. П. Резановым, и его свитой на борту большого корабля - "Надежды". "Надеждой" командовал Крузенштерн. Лисянскому было поручено командование "Невой". Хотя командиром "Надежды" и начальником экспедиции по Морскому министерству числился Крузенштерн, но в инструкции, переданной Александром I русскому послу в Японии, Н. П. Резанову, он назывался главным начальником экспедиции. Это двойственное положение было причиной возникновения конфликтных взаимоотношений между Резановым и Крузенштерном. Поэтому Крузенштерн неоднократно обращался с донесениями в Управление Российско-Американской компании, где писал, что он призван по высочайшему повелению командовать над экспедицией и что "оная вверена Резанову" без его ведения, на что он никогда бы не согласился, что должность его "не состоит только в том, чтобы смотреть за парусами", и т. д. Вскоре отношения между Резановым и Крузенштерном обострились настолько, что среди экипажа "Надежды" произошёл бунт.

Русский посланник в Японии, после ряда неприятностей и оскорблений, принуждён был удалиться в свою каюту, из которой он не выходил уже до приезда в Петропавловск-на-Камчатке. Здесь Резанов обратился к генерал-майору Кошелеву, представителю местной административной власти. Против Крузенштерна было назначено следствие, которое приняло неблагоприятный для него характер. Учитывая положение, Крузенштерн публично извинился перед Резановым и просил Кошелева не давать следствию дальнейшего хода. Только благодаря любезности Резанова, который решил прекратить дело, Крузенштерн избежал крупных неприятностей, которые могли бы иметь роковое последствие для его карьеры.

Приведенный эпизод показывает, что дисциплина на корабле "Надежда", которым командовал Крузенштерн, была не на высоте, если такое высокое и облечённое особыми полномочиями лицо, как русский посланник в Японии, мог подвергнуться со стороны экипажа и самого капитана "Надежды" ряду оскорблений. Не случайно, вероятно, и то обстоятельство, что "Надежда" в течение своего плавания несколько раз находилась в весьма рискованном положении, в то время как "Нева" только один раз села на коралловый риф и притом в таком месте, где его нельзя было ожидать по картам. Всё это наводит на предположение, что общепринятое представление о ведущей роли Крузенштерна в первом русском кругосветном путешествии не соответствует действительности.

Хотя первую часть пути в Англию, а затем через Атлантический океан в обход мыса Горн корабли должны были совершать вместе, но затем у Сандвичевых (Гавайских) островов они должны были разъединиться. "Надежде", согласно плану экспедиции, следовало идти на Камчатку, где она должна была оставить свой груз. Затем Крузенштерну следовало отправиться в Японию и доставить туда русского посла Н. П. Резанова со свитой. После этого "Надежда" должна была снова вернуться на Камчатку, взять груз пушнины и отвезти его в Кантон для продажи. Путь "Невы", начиная от Гавайских островов, был совершенно иной. Лисянский должен был идти "а северо-запад, к острову Кадьяку, где находилась в то время главная контора Российско-Американской компании. Здесь предполагалась зимовка "Невы", а затем она должна была взять груз пушнины и доставить его в Кантон, где была назначена встреча обоих кораблей - "Невы" и "Надежды". Из Кантона оба корабля должны были направиться в Россию мимо мыса Доброй Надежды. Этот план был осуществлён, хотя и с отступлениями, вызванными штормами, задолго разъединившими корабли, а также продолжительными остановками для необходимых починок и пополнения продовольствия.

Естествоиспытатели, присутствовавшие на кораблях, собрали ценные ботанические, зоологические и этнографические коллекции, производились наблюдения над морскими течениями, температурой и плотностью воды на глубинах до 400 м, приливами, отливами и колебаниями барометра, систематические астрономические наблюдения для определения долгот и широт и установил координаты целого ряда посещённых экспедиций пунктов, в том числе всех гаваней и островов, где имелись стоянки.

Если особые задания экспедиции в русских колониях были успешно выполнены, то этого нельзя сказать о той части планов экспедиции, которая была связана с организацией посольства в Японию. Посольство Н. П. Резанова не увенчалось успехом. Хотя он и был окружён вниманием и всевозможными знаками почёта и уважения по прибытии в Японию, но завязать торговые отношения с этой страной ему не удалось.

5 августа 1806 года "Нева" благополучно прибыла на Кронштадтский рейд. Грянули пушечные салюты "Невы" и ответные залпы Кронштадтской крепости. Таким образом, "Нева" пробыла в плавании три года и два месяца. 19 августа прибыла "Надежда", которая находилась в кругосветном плавании на четырнадцать дней дольше, чем "Нева".

Первое русское кругосветное плавание составило эпоху в истории русского флота и доставило мировой географической науке ряд новых сведений о малоисследованных странах. Целый ряд островов, которые были посещены Лисянским и Крузенштерном, были только незадолго перед тем открыты мореплавателями, и их природа, население, его обычаи, верования и хозяйство оставались почти совершенно неизвестными. Такими были Сандвичевы (Гавайские) острова, открытые в 1778 году Куком, менее чем за тридцать лет до их посещения русскими моряками. Русские путешественники могли наблюдать жизнь гавайцев в её естественном состоянии, еще не изменённую соприкосновением с европейцами. Мало были изучены и Маркизские и Вашингтоновы острова, а также остров Пасхи. Неудивительно, что описания русского кругосветного путешествия, сделанные Крузенштерном и Лисянским, возбудили живейший интерес у широкого круга читателей и были переведены на ряд западноевропейских языков. Материалы, собранные во время путешествия "Невы" и "Надежды", представляли большую ценность для изучения первобытных народов Океании и северной части Тихого океана. Наши первые русские путешественники наблюдали эти народы в стадии родовых отношений. Они впервые подробно описали своеобразную, древнюю гавайскую культуру с её непреложными законами "табу" и человеческими жертвоприношениями. Богатые этнографические коллекции, собранные на кораблях "Нева" и "Надежда", вместе с описаниями обычаев, верований и даже языка островитян Тихого океана, послужили ценными источниками для изучения населяющих тихоокеанские острова народов.

Таким образом, первое русское кругосветное путешествие сыграло большую роль в развитии этнографии. Этому немало способствовала большая наблюдательность и точность описаний наших первых кругосветных путешественников.

Следует отметить, что многочисленные наблюдения над морскими течениями, температурой и плотностью воды, которые производились на кораблях "Надежда" и "Нева", дали толчок к развитию новой науки - океанографии. До первого русского кругосветного путешествия подобные систематические наблюдения мореплавателями обычно не производились. Русские моряки оказались большими новаторами в этом отношении.

Первое русское кругосветное плавание открывает целую плеяду блестящих кругосветных путешествий, совершенных под русским флагом.

Во время этих путешествий создавались прекрасные кадры моряков, которые приобрели опыт дальнего плавания и высокую квалификацию в сложном для парусного флота искусстве навигации.

Интересно отметить, что один из участников первого русского кругосветного плавания Коцебу, плававший в качестве кадета на корабле "Надежда", впоследствии сам осуществил не менее интересное кругосветное плавание на корабле "Рюрик", снаряжённое на средства графа Румянцева.

Экспедицией на кораблях "Нева" и "Надежда" была проложена трасса нового пути в русские североамериканские колонии. Снабжение их необходимым продовольствием и товарами осуществлялось с тех пор морским путём, Эти непрерывные дальние плавания оживили колониальную торговлю и во многих отношениях способствовали развитию североамериканских колоний и освоению Камчатки.

Окрепли морские связи России с Тихим океаном, значительно развилась внешняя торговля. Рядом ценных наблюдений вдоль трасс дальних плаваний первое русское кругосветное путешествие заложило прочную научную основу трудному искусству дальнего мореплавания.

Многие читатели журнала просят рассказать об истоках отечественных кругосветных путешествий. Эту просьбу дополняют другие письма наших читателей, которые хотели бы увидеть на страницах журнала очерк о первой русской кругосветной экспедиции.

Предыстория дальних вояжей

Летом 1803 года отправились в плавание два русских корабля под командой морских офицеров капитан-лейтенантов флота Ивана Федоровича Крузенштерна и Юрия Федоровича Лисянского. Маршрут их поражал воображение — он был проложен, как было принято говорить в то время, «кругом света». Но, рассказывая об этом плавании, нельзя не заметить, что традиции «дальних вояжей» ведут отсчет от времен куда более давних, чем начало XIX века.

В декабре 1723 года возки адмирала Даниеля Вильстера прибыли в Рогверик, что лежал неподалеку от Ревеля. Здесь адмирала встречали участники экспедиции. В бухте, затянутой тонким льдом, стояли два корабля. Секретный петровский указ читали в каюте флаг-капитана Данилы Мясного. Присутствовал и капитан-поручик Иван Кошелев, «русский при шведе» советник экспедиции. «Ехать вам от Санкт-Петербурга до Рогверика, — говорилось в указе,— и тамо сесть на фрегат «Амстердам — Галей» и другой с собой взять «Декронделивде», и с помощию божиею вступить в вояж до Ост-Индии, а именно до Бенгала». Им предстояло стать первыми, кто пересек бы «линею» (экватор). Увы, замысел «производить коммерцию» с «великомочным моголом» не удался.

Корабли вышли в путь 21 декабря, но из-за течи, образовавшейся в шторм, вернулись в Ревель. А в феврале следующего года Петр I отменил плавание до «другого благоприятного времени».

Еще была у Петра мечта послать корабли в Вест-Индию. Потому и решил он установить торговые связи с владычицей «гишпанских земель» в Америке. В 1725 — 1726 годах состоялись первые торговые рейсы в Кадис — испанский порт вблизи Гибралтара. Пригодились и корабли, приготовленные в вояж «до Бенгала», к которым прибавился «Девоншир». Отряд из трех судов с товарами в мае 1725 года повел Иван Родионович Кошелев. После возвращения на родину бывший советник был произведен в капитаны 1-го ранга, «понеже он в Испании с российскими кораблями был первым». Так была положена традиция океанских плаваний русских кораблей.

Но когда все-таки в российских умах возникла мысль о кругосветном плавании?

250 лет назад впервые был составлен хорошо продуманный план кругосветного путешествия: известен протокол заседания сената от 12 сентября 1732 года. Сенаторы ломали голову над тем, как отправлять на Восток экспедицию Беринга, морем или по суше. «Для совету призваны в Сенат Коллегии Адмиралтейской члены, которые представили, что можно отправить на Камчатку из Санкт-Петербурга корабли...» Авторы проекта — адмирал Н. Ф. Головин, президент адмиралтейств-коллегий и адмирал Т. П. Сандерс. Руководить плаванием хотел сам Головин. Он считал такое плавание лучшей школой, ибо «...в один такой путь могут те офицеры и матросы обучиться более, нежели при здешнем море в десять лет». Но сенаторы предпочли сухой путь и не послушались советов именитых адмиралов. Почему — неизвестно. Видимо, причины были веские. Они и обрекли Витуса Беринга на неимоверные тяготы с перевозкой тысяч пудов снаряжения до Охотска, где была намечена постройка кораблей. Потому и растянулась эпопея Второй Камчатской на добрый десяток лет. А могло быть по-другому...

И все-таки — запомним — это был первый проект кругосветного путешествия.

В летописи дальних плаваний 1763 год выделяется двумя примечательными событиями. Первое происходило в Петербурге. Михайло Ломоносов предложил правительству проект арктической экспедиции от Новой Земли к Берингову проливу через Северный полюс. В следующем году три корабля под командой капитана 1-го ранга Василия Чичагова сделали первую попытку проникнуть в полярный бассейн к северу от Шпицбергена. Трансполярный переход не удался. Назначенная в Беринговом проливе встреча Чичагова с руководителем алеутской экспедиции Креницыным не состоялась. После отправления обеих экспедиций намечалось послать вокруг света два корабля из Кронштадта с заходом на Камчатку. Но подготовка к подходу затянулась, а начавшаяся вскоре русско-турецкая война принудила и вовсе отменить выход в море.

В том же 1763 году в Лондоне посол А. Р. Воронцов получил от правления Ост-Индской компании согласие отправить на корабле «Спикей» двух русских офицеров. Так в апреле 1763 года вышли в Бразилию мичман Н. Полубояринов и унтер-лейтенант Т. Козлянинов. Им суждено было стать первыми русскими, которые пересекли экватор. Мичман Никифор Полубояринов вел журнал, который и донес до потомков впечатления от этого полуторагодового плавания к берегам Бразилии и Индии...

Дальнее плавание русских от Камчатки вокруг Азии и Африки состоялось в 1771—1773 годах. Полковник конфедерации Речи Посполитой Мориц Бениовский, сосланный за выступления против властей в Большерецк, поднял бунт. Вместе с сообщниками-ссыльными он захватил небольшое судно — галиот «Св. Петр», стоявший на зимовке в устье реки. Около 90 русских, среди которых, кроме ссыльных, были вольные промышленники и несколько женщин, пошли в неизвестность — кто добровольно, кто под угрозой расправы, а кто просто по неведению. Корабль беглецов вели мореходы Максим Чурин и Дмитрий Бочаров.

В португальской колонии Макао Бениовский продал русское судно и зафрахтовал два французских. В июле 1772 года беглецы прибыли во французский порт на юге Бретани. Отсюда

16 человек, пожелавших вернуться в Россию, отправились пешком за 600 верст в Париж. В столице при посредстве посла и известного писателя Фонвизина было получено разрешение. Среди вернувшихся мореходов был штурманский ученик, командир охотского судна «Св. Екатерина» Дмитрий Бочаров. Позднее, в 1788 году, он прославится в замечательном плавании к берегам Аляски на галиоте «Три Святителя», совершенном по заданию «колумба росского» — Шелихова вместе с Герасимом Измайловым. Не менее интересным является и факт участия в этом плавании женщин. Одна из них, Любовь Саввишна Рюмина, вероятно, первая русская женщина, побывавшая в южном полушарии Земли. Кстати, о приключениях беглецов наиболее достоверно рассказал муж отважной путешественницы в «Записках канцеляриста Рюмина...», напечатанных полвека спустя.

Следующая попытка пройти «около света» была ближе всего к осуществлению. Но этому снова помешала война. А было так. В 1786 году личный секретарь Екатерины II П. П. Соймонов подал в Коммерц-коллегию «Записку о торге и звериных промыслах на Восточном океане». В ней высказывались опасения за судьбы русских владений в Америке и предлагались меры для их защиты. Сдержать экспансию англичан могли только вооруженные корабли. Идея не была новой ни для морского, ни для торгового ведомства и их руководителей. Указом императрицы от 22 декабря 1786 года адмиралтейству предписывалось «немедленно послать из Балтийского моря два судна, вооруженных по примеру потребленных английским капитаном Куком и другими мореплавателями для подобных открытий...». Руководить экспедицией назначили 29-летнего опытного моряка Григория Ивановича Муловского. Спешно готовились самые способные к открытиям корабли: «Холмогор», «Соловки», «Сокол», «Турухтан». Маршрут экспедиции был проложен «встречь солнцу»: из Балтийского моря к южной оконечности Африки, далее к берегам Новой Голландии (Австралии) и к российским землям в Старом и Новом Свете. На Олонецком заводе даже отлили чугунные гербы и медали для установки на вновь открытых землях, но снова началась война с Турцией. Последовал указ: «...экспедицию по настоящим обстоятельствам повелеваем отменить». Потом эскадру Муловского наметили было отправить в поход на Средиземное море для борьбы с турецким флотом, но... разразилась война со Швецией. Внезапно напав на русские позиции и корабли, шведский король Густав III намеревался вернуть все допетровские владения, разрушить Петербург и поставить свой автограф на недавно открытом памятнике Петру I. Так летом 1788 года Муловский был назначен командиром «Мстислава». На этот же корабль прибыл выпущенный досрочно (по случаю войны) 17-летний мичман Иван Крузенштерн. Когда 36-пушечный «Мстислав» вынудил сдаться 74-пушечную «Софию-Магдалену», Муловский поручил юному офицеру взять флаги корабля и шведского адмирала Лилиенфилда. Мечты Муловского об океанском походе запали в сердце Крузенштерна. После гибели Муловского в бою 15 июля 1789 года завершается серия неудач и начинается история первого русского путешествия «около всего света».

Три года в трех океанах

Проект первой кругосветной был подписан Крузенштерном «генваря 1-го числа 1802 года». Условия для осуществления проекта сложились благоприятные. Морской министр Николай Семенович Мордвинов (кстати, включенный декабристами в состав будущего «революционного правительства») и министр коммерции Николай Петрович Румянцев (основатель знаменитого Румянцевского музея, книжные собрания которого послужили базой создания Государственной библиотеки СССР имени В. И. Ленина) поддержали проект и высоко оценили прогрессивное начинание 32-летнего капитан-лейтенанта. 7 августа 1802 года Крузенштерн был утвержден начальником экспедиции.

Известно, что большую часть средств на снаряжение экспедиции выделило правление Российско-Американской компании. Поспешность в сборах и щедрость компании были причиной того, что корабли решили не строить, а приобрести за границей. С этой целью Крузенштерн направил в Англию капитан-лейтенанта Лисянского. За 17 тысяч фунтов стерлингов были куплены довольно старые, но с крепким корпусом два трехмачтовых шлюпа «Леандр» и «Темза», получившие новые имена «Надежда» и «Нева».

Особенность похода состояла в том, что корабли несли военно-морские флаги и в то же время выполняли функции торговых судов. На «Надежде» направлялась в Японию дипломатическая миссия во главе с одним из директоров компании, Николаем Петровичем Резановым...

Исторический день наступил 7 августа 1803 года. Подгоняемые легким попутным ветром, «Надежда» и «Нева» покинули Большой Кронштадтский рейд. Посетив Копенгаген и английский порт Фалмут и пережив первый жестокий шторм, корабли сделали последнюю «европейскую» остановку в Тенерифе на Канарских островах.

26 ноября 1803 года пушки «Надежды» и «Невы» впервые салютовали русскому флагу в южном полушарии Земли. На кораблях был устроен праздник, ставший традиционным. Роль «морского владыки» — Нептуна играл матрос Павел Курганов, который «приветствовал Россиян с первым прибытием в южные нептуновы области с достаточным приличием». После стоянки в Бразилии и замены части такелажа корабли 3 марта 1804 года обогнули мыс Горн и начали плавание в Тихом океане. После раздельного плавания корабли встретились у Маркизских островов. В приказе для моряков Крузенштерн писал: «Я уверен, что мы оставим берег тихого народа сего, не оставив по себе дурного имени». Гуманное отношение к «диким» — традиция, заложенная нашими моряками, строго соблюдалась всеми последующими русскими экспедициями...

Крузенштерн и Лисянский уже много сделали для науки: впервые велись гидрологические наблюдения, а также магнитные и метеорологические. В районе мыса Горн была измерена скорость течения. Во время пребывания «Невы» у острова Пасхи Лисянский уточнил координаты острова и составил карту. На Маркизских островах была собрана коллекция оружия и предметов быта. В начале июня 1804 года моряки достигли Гавайских островов. Здесь корабли почти на полтора года расставались. Встреча была назначена на ноябрь 1805 года близ китайского порта Кантон.

По пути в Петропавловск «Надежда» по инструкции прошла район океана к юго-востоку от Японии и развеяла миф о якобы существовавших здесь землях. С Камчатки Крузенштерн повел корабль в Японию, чтобы доставить туда посланника Резанова. Жестокий тайфун застал моряков у восточных берегов Японии. «Надобно иметь дар стихотворца, чтобы живо описать ярость оного», — писал в дневнике Крузенштерн и с любовью отмечал мужество и бесстрашие матросов. В японском порту Нагасаки «Надежда» находилась более полугода, до середины апреля 1805 года. Миссия Резанова не была принята властями, которые придерживались архаичного закона, действовавшего с 1638 года и запрещавшего иностранцам посещать страну «доколе солнце освещает мир». Напротив, простые японцы в день отправления «Надежды», проявляя симпатии к русским, на сотнях лодок провожали корабль.

Возвращаясь на Камчатку, Крузенштерн провел корабль курсами, совершенно неизвестными европейцам, — вдоль западных берегов Страны восходящего солнца. Впервые было сделано научное описание острова Цусима и пролива, отделяющего его от Японии. Теперь эта часть Корейского пролива носит название прохода Крузенштерна. Далее мореплаватели сделали опись южной части Сахалина. Пересекая гряду Курильских островов проливом, ныне носящим имя Крузенштерна, «Надежда» едва не погибла на скалах. В Авачинскую губу вошли в начале июня, когда всюду виднелся плавучий лед и белели сплошные забереги.

В Петропавловске корабль покинул Николай Петрович Резанов. На одном из судов компании он отправился в Русскую Америку. Надо отдать должное этому деятельному человеку, много сделавшему для развития промыслов в водах российских владений. Резанов также причастен к выбору места для самого южного в Америке поселения россиян — форта Росс. Романтична и история помолвки Резанова с дочерью испанского губернатора Хосе Аргуэльо — Кончитой. В начале 1807 года он выехал в Россию, чтобы хлопотать о разрешении жениться на католичке. Но в марте 1807 года Николай Петрович внезапно скончался в Красноярске на пути в Петербург. Было ему 43 года. Его суженая в Новом Свете через год получила известие о смерти жениха и, исполняя обет верности, ушла в монастырь.

Оставшееся до встречи с «Невой» время Крузенштерн вновь посвятил обследованию Сахалина. Так уж случилось, что открытый еще в XVII веке Сахалин считался островом и никто в этом, кажется, не сомневался. Но французский мореплаватель Лаперуз, исследуя с юга Татарский пролив в экспедиции 1785—1788 годов, ошибочно посчитал Сахалин полуостровом. Позднее ошибку повторил англичанин Браутон. Крузенштерн решил проникнуть в пролив с севера. Но, послав на шлюпке лейтенанта Федора Ромберга, Крузенштерн раньше времени пушечным сигналом дал приказ шлюпке возвратиться к кораблю. Конечно, опасаясь за судьбу моряков в неизведанных местах, начальник экспедиции поторопился. Ромберг просто не успел достаточно далеко пройти на юг, чтобы обнаружить пролив. Уменьшающиеся глубины как будто подтверждали выводы предыдущих экспедиций. Это еще на какое-то время оттянуло открытие устья Амура и восстановление истины... Проделав свыше полутора тысяч верст маршрутной съемки с множеством астрономических определений, «Надежда» бросила якорь в Петропавловске. Отсюда корабль после погрузки мехов для продажи направился к месту встречи с «Невой».

Не менее сложным и интересным было плавание «Невы». Силуэт «Надежды» растаял за горизонтом, а экипаж «Невы» продолжал исследовать природу Гавайских островов. Повсюду местные жители тепло встречали добрых и внимательных посланцев северной страны. Посетили моряки селение Тавароа. Ничто не напоминало о трагедии 25-летней давности, когда здесь был убит капитан Кук. Гостеприимство островитян и их неизменная помощь позволили пополнить этнографические коллекции образцами местной утвари и одежды...

Через 23 дня Лисянский привел корабль к селению Павловскому на острове Кадьяк. Торжественно встретили русские жители Аляски первый корабль, проделавший столь трудный и дальний путь. В августе моряки «Невы» по просьбе главного правителя Российско-Американской компании Баранова участвовали в освобождении жителей форта Архангельское на острове Ситха, захваченных тлинкитами, которыми руководили американские матросы.

Более года «Нева» находилась у берегов Аляски. Лисянский вместе со штурманом Данилой Калининым и подштурманом Федулом Мальцевым составлял карты многочисленных островов, производил астрономические и метеонаблюдения. Кроме того, Лисянский, изучая языки местных жителей, составил «Краткий словарь языков северо-западной части Америки с российским переводом». В сентябре 1805 года, погрузив меха с русских промыслов, корабль направился к берегам южного Китая. В пути «Нева» наскочила на отмель у острова, дотоле неизвестного мореплавателям. В штормовых условиях моряки самоотверженно боролись за спасение корабля — и победили. 17 октября группа моряков провела весь день на берегу. На самой середине острова первооткрыватели поставили шест, а под ним закопали бутылку с письмом, в котором были все сведения об открытии. По настоянию команды этот клочок суши был назван именем Лисянского. «Остров сей, кроме явной и неизбежной гибели, ничего не обещает предприимчивому путешественнику»,— писал командир «Невы».

Три месяца занял переход от Аляски до порта Макао. Жестокие штормы, туманы и коварные мели требовали осторожности. 4 декабря 1805 года моряки «Невы» с радостью рассматривали знакомый силуэт «Надежды», поздравлявшей их флажными сигналами с благополучным возвращением.

Крузенштерн и Лисянский

Продав меха в Кантоне и приняв груз китайских товаров, корабли снялись с якорей. Через Южно-Китайское море и Зондский пролив путешественники вышли в Индийский океан. 15 апреля 1806 года пересекли меридиан российской столицы и завершили таким образом обход земного шара.

Тут надо вспомнить, что кругосветный маршрут лично для Крузенштерна замкнулся еще в Макао в ноябре 1805 года, а для Лисянского на меридиане Цейлона несколько позднее. (Оба командира, будучи в плаваниях за границей на английских кораблях, побывали в период 1793—1799 годов в Вест-Индии, США, Индии, Китае и других странах.)

Впрочем, понятие кругосветного путешествия менялось со временем. Еще недавно совершить кругосветку значило замкнуть круг маршрута. Но в связи с освоением полярных областей кругосветное путешествие по таким критериям потеряло свой первоначальный смысл. Теперь в ходу более строгая формулировка: путешественник должен не только замкнуть круг маршрута, но и пройти вблизи точек-антиподов, лежащих на противоположных концах земного диаметра.

У мыса Доброй Надежды в густом тумане корабли расстались. Теперь до самого возвращения в Кронштадт плавание кораблей проходило раздельно. Крузенштерн с приходом на остров Св. Елены узнал о войне России с Францией и, опасаясь встречи с кораблями противника, проследовал на родину вокруг Британских островов с заходом в Копенгаген. Через три года и двенадцать дней — 19 августа 1806 года — «Надежда» прибыла в Кронштадт, где уже две недели ее дожидалась «Нева».

Лисянский после расхождения в тумане с флагманом, тщательно проверив запасы воды и продовольствия, решился на безостановочный переход до Англии. Он был уверен, что «...отважное предприятие доставит нам большую честь; ибо еще ни один мореплаватель, подобный нам, не отважился на столь дальний путь, не заходя куда-либо для отдохновения». Путь от Кантона до Портсмута «Нева» прошла за 140 дней, преодолев 13 923 мили. Портсмутская публика восторженно встречала экипаж Лисянского и в его лице первых российских кругосветных мореплавателей.

Плавание Крузенштерна и Лисянского было признано географическим и научным подвигом. В его честь была выбита медаль с надписью: «За путешествие кругом света 1803—1806». Результаты экспедиции были обобщены в обширных географических трудах Крузенштерна и Лисянского, а также ученых-естествоиспытателей Г. И. Лангсдорфа, И. К. Горнера, В. Г. Тилезиуса и других ее участников.

Первое плавание россиян вышло за рамки «дальнего вояжа». Оно принесло славу русскому флоту.

Личности командиров кораблей заслуживают особого внимания. Несомненно, что они были прогрессивными для своего времени людьми, горячими патриотами, неустанно радевшими за судьбу «служителей»-матросов, благодаря мужеству и трудолюбию которых плавание прошло на редкость благополучно. Отношения Крузенштерна и Лисянского — дружеские и доверительные — решающим образом содействовали успеху дела. Популяризатор отечественного мореплавания, крупный ученый Василий Михайлович Пасецкий приводит в биографическом очерке о Крузенштерне письмо его друга Лисянского в период подготовки экспедиции. «После обеда Николай Семенович (адмирал Мордвинов) спросил, знаю ли я тебя, на что я ему сказал, что ты мне добрый приятель. Он был этому рад, говорил о достоинстве твоего памфлета (так именовали проект Крузенштерна за его вольнодумство! — В. Г.), хвалил твои познания и сведение и потом окончил тем, что за счастие почел бы быть с тобой знакомым. Я, с моей стороны, при всем собрании не постеснялся сказать, что завидую твоим талантам и сведению».

Однако в литературе о первых плаваниях одно время несправедливо умаляли роль Юрия Федоровича Лисянского. Анализируя «Журнал корабля «Нева», исследователи Военно-морской академии сделали любопытные выводы. Было установлено, что из 1095 дней исторического плавания только 375 дней корабли шли вместе, остальные 720 «Нева» плавала в одиночестве. Впечатляет и пройденное кораблем Лисянского расстояние — 45 083 мили, из которых 25 801 милю — самостоятельно. Этот анализ был опубликован в 1949 году в «Трудах Военно-морской академии». Безусловно, плавания «Надежды» и «Невы» — это, в сущности, два кругосветных плавания, и Ю. Ф. Лисянский в равной степени причастен к великому подвигу на ниве российской морской славы, как и И. Ф. Крузенштерн.

В звездный час они были на равных...

Василий Галенко, штурман дальнего плавания



error: Контент защищен !!